универсальный портал обо всём на свете

 

Рейтинг@Mail.ru





 

Происхождение украинского национализма

Русские
Украинцы

История Украины
Татары

Узбеки
Казахи
Киргизы
Башкиры
Чуваши
Чеченцы
Армяне
Осетины
Чукчи
Цыгане

Все города России

Великий Новгород
Почему у азиатов узкие глаза
Все страны мира и численность их населения
Людские потери стран во второй мировой
Все города России и численность их населения
Самый маленький город России
Столицы стран мира
Средняя продолжительность жизни в странах мира
Рейтинг стран мира по площади их территорий
Монархии мира
Потери немецкой авиации
Россия и педерасты
Лидеры всех стран и их портреты
Одним выстрелом трёх немцев
Тайна генотипа Рюриковичей
Евреи в Вермахте
Евреи-полицаи
Мигранты из Средней Азии – угроза нашим детям
Американцы о русских
Теракт на Дубровке
Взрыв на Каширском шоссе
Американцы о русской армии
Одним выстрелом трёх фрицев
Т-90А

Loading...

Флаги всех стран мира
М1 Абрамс
Меркава Mk.4
Challenger 2
Леклерк
Тип-96
Leopard 2
БМП-3

БМП-1

БМП-2

Боевое применение БТ-5
Боевое применение БТ-7
Боевое применение Т-26
Боевое применение КВ-2
Боевое применение Т-28

АМО-Ф-15
Я-3
ЯГ-10
Поуторка
ЗиС-5
ГАЗ-51
ЗиС-150
ЯАЗ/МАЗ-200
ЗиЛ-157
УралЗИС-355М
ГАЗ-66
ЗИЛ-130
ЯАЗ/КрАЗ-214
ЗиЛ-131
Урал-375
КамАЗ

Раньше квартиры меняли на машины

Майонезная банка

История рубля
Треугольный молочный пакет
Советская молочная бутылка
Маншук Маметова
Рейд группы Доватора

 

Андроновцы были предками славян

об этом свидетельствуют древние заимствования слов

Воин-андроновец

О прошлом всех крупных народов историки имеют достаточно сведений. Однако о ранней истории славян историческая наука изо всех сил умалчивает. Первые сведения о славянах в письменных источниках относятся лишь к середине первого тысячелетия нашей эры, в то время как сообщения даже о далёких предках финно-угорских нардов начали появляться тысячелетием ранее. Так, предки современной мордвы под названием андрофагов, то есть, людоедов описаны ещё Геродотом, который перелицевал на греческий язык их персидское название мардвахр (от корней mard — «человек», xvar— «пожирать»).

Между тем, с 18-го по 9-й века до нашей эры на территории, охватывающей Казахстан, Западную Сибирь, западную часть Средней Азии, Западную Монголию, Синьцзян и Южный Урал обитал народ, называемый археологами андроновцами. Назван он так по соответствующей археологической культуре. Культура же называется от деревни Андроново около города Ачинска, где в 1914 году директором Красноярского археологического музея Аркадием Яковлевичем Тугариновым были обнаружены первые захоронения.

Андроновцы были представителями протоевропеоидного антропологического типа. Они обладали очень длинным, довольно широким, средневысоким долихокранным черепом, очень сильно наклонным лбом, а также сильно развитым надбровьем, низкими и широкими орбитами, больше прямоугольной формы, большим межорбитным расстоянием, высоким носом.  Жилища андроновцев представляли собой полуземлянки и наземные бревенчатые хижины.

Андроновцы были полукочевым народом, в хозяйстве которых ведущую роль играло скотоводство, а земледелие носило подчинённый характер. Главным домашним животным этого народа была корова.

Генетические исследования останков андроновцев показали наличие у представителей культуры Y-хромосомной гаплогруппы R1a1.

Язык андроновцев не сохранился. Однако отдельные слова языка андроновцев хорошо реконструируются по тем заимствованиям, которые осуществили из него предки финно-угров и которые сохранились до сих пор в финском, саамском, мордовском и марийском языках. В результате появилась гипотеза о том, что этот народ говорил на древнеиранском языке, от которого произошёл сначала скифский, потом сарматский, потом аланский и, наконец, осетинский.

Представительница андроновской культуры, реконструированная по черепу.

Всё бы ничего, если не учитывать тот факт, что автором этой гипотезы был профессор-осетин Василий Иванович Абаев. Ему очень хотелось, найти своему и без того героическому народу достойных предков, и то, что подтверждало его гипотезу, он брал в качестве доказательства, а то, что ей противоречило, просто отбрасывал. Авторитет профессора Абаева, дожившего до столетнего возраста, был настолько велик, что все его многочисленные ученики стали усиленно трудиться для нахождения всё новых подтверждений иранской гипотезы.

Находясь подавлением авторитета Абаева, учёные принялись утверждать, что и эти заимствования доказывают ираноязычие андроновцев. Часто эти этимологии не выдерживают никакой критики. Так, утверждается, что финское «varsa» – жеребёнок – имеет общее происхождение с осетинским «вырс». Однако на самом деле, оно происходит не от иранского жеребёнка, а от балто-славянского телёнка-вырыша, который по-литовски до сих пор звучит как veršelis. Слово «вырыш» в русском языке давно забыто, но людей, носящих фамилию Вырышев, в нашей стране довольно много – Вконтакте это 107 мужчин и  104 женщины.

Кстати, ещё раз о вырыше – от него происходит не только финский жеребёнок, но и мордовский ягнёнок, произносимый как вырез. Осетинский ягнёнок-уæрыкк, конечно, имеет с вырышем общее происхождение, но от вареза он отстоит на гораздо большей дистанции, чем вырыш.

 Самое большее, на что отважился один из них Евгений Арнольдович Хелимский так это предположить, что андроновцы были носителями четвёртой, исчезнувшей ветви индоиранских языков. Хелимский совершенно справедливо обратил внимание на то, что язык-источник этих заимствований не относился к иранской группе, но предположить, что язык андроновцев является предком славянских языков Хелимский, конечно же, не рискнул. Он стал выстраивать сложные этимологии, ещё менее убедительные, чем сторонники иранизма: например, мансийское ряся – верёвка он производил от иранского рашана – уздечка. Между тем, на поверхности лежат другие куда более убедительные соответствия, являющися результатом заимствований слов у андроновцев представителями соседствовавшей с ними Черкаскульской культуры.

Представитель Срубной культуры, родственной Андроновской и располагавшейся к западу от последней от Урала до  Днепра.

Так, предок финских языков заимствовал из «андроновского» языка слово, означающее «сто». Заимствовать пришлось по той причине, что до контактов с арийцами протофинны таких больших чисел не знали. Слово это звучало тогда почти также, как и сейчас – съто. Ъ при этом произносится как краткая Ы. В женском же варианте сотня произносилась как сата. В финском языке эта сотня до сих пор sata, а в эстонском – sada. В марийском сто – Шӱдӧ, по-эрзянски – сядо. Правда, на этом же языке тысяча, то есть праславянская «тыща» произностися как тёжа. Заимствовано также было и число семь. По-эрзянски это сисем, а на языке коми – сизем, а по-марйски – шым. Осетинское же слово «авд», также обозначающее семь, ни на сизем, ни на шым вообще не похоже.

Через праславян предки финно-угры познакомились и с кошкой, которая по-эрзянски до сих пор называется катка, по-удмуртски – коӵыш а по-мокшански – ката. Конечно, все индоевропейские кошки происходят от праиндоевропейского кът, от которого происходит и английский cat, и испанский gato, но подруга кора называется кошкой только в славянских языках. Интересно, что по-фински кошка называется kissa. Такое ласкательное наименование этого зверёныша наблюдается только в славянских языках, да и то не во всех – в русском и белорусском это киса, в украинском – кыця, а в польском – кича. Но уже в болгарском она не киса, а маца, да и вообще у южных славян она не кошка, а мачка, потому что она мячит, то есть, мяучит Правда, по-болгарски она всё-таки котка.

Ещё интереснее кошку называют луговые марийцы – пырыс. Родство этого слова и русского «брысь» видно невооружённым глазом. Вероятно, слово, которым наши предки прогоняли назойливого кота, предки нынешних марийцев приняли за его название. Между тем, слово «брысь» имеется лишь в русском и белорусском и даже в украинском оно произносится уже как дзусь. В осетинском же кошка звучит как гæды, а эквивалентом слова «киска» является слово «гино».

Предки финно-угров кошку даже путали с собакой, поскольку в эрзянском варианте мордовского языка собака называется словом «киска», а в некоторых мордовских говорах кошку называют словом «псака».

Но больше всего доставляет марийское слово «каза», означающее козу. Крайне маловероятно, чтобы черемисы заимствовали его несколько сот лет назад из русского – коз они явно знали и до этого, тем более, что по коми-пермяцки она тоже звучит как кӧза.  Дело в том, что древние финно-угры, по данным археологии, до контактов с арийцами не занимались скотоводством, и заимствовали у них домашних животных вместе с их названиями. Такая форма обозначения этой мелкой рогатой скотины характерна именно для славян и балтов (по-латышски коза тоже kaza). Слово это происходит от реконструируемого праиндоеврпейского «гойдза(г/к)», но в языках иранской ветви, которым традиционно относят андроновцев, это слово звучит как азак. Между тем, учёные путём построения многоэтажной этимологии стараются доказать, что мордовская коза сява происходит именно от осетинской козы сæгъ.

Кстати, о мордовской козе. Официально по-эрзянски она сея, а по-мокшански – сява. Но в мокшанском, наряду со словом «сява» применяется и слово «каза», а в некоторых деревнях мордва называет козу не иначе как кацяга. Козёл же переводится на эрзянский словосочетанием «сея баран», то есть, коза-баран. Баран, как вы поняли, так и называется баран. Овца же уже на другом мордовском языке – мокшанском – произносится как уча.  Существует ещё и диалектное слово «баряка». Подзывают же мордовских овец криком «баря-баря-баря!».
Заимствовали финно-угры и слово «порося» – по-мансийски это порос, удмуртски – парсь, а на языке коми – порсь, а по-эрзянски пурсуз это поросёнок. По-осетински же поросёнок, равно как щенок звучит как хъыбыл.
Что же касается самого слова "животное", то по-мокшански оно звучит как жувата, по-карельски – живата, а по-веспски – живат. В удмуртском же животное называется пудо-живот. В этом составном слове сооединилось и коренное, и заимствованное слово.
Похоже, что до контактов с нашими предками предки финно-угров не знали даже понятия имени, поскольку финское и эстонское nimi, саамское neme происходят от древне-предревнерусского слова Нынмень.
В финских языках явным заимствованием является слово, обозначающее хлеб. Точно известно, что уже в древнеславянском языке это слово звучало как xлѣбъ. В финском оно звучит как leipä, вотском – leipä, в эстонском – leib, а в веспском – leib. Конечно, без «х» это может выглядит и неубедительно, но с осетинскими словами «дзул» и «кæрдзын» это совсем не имеет ничего общего. В угорских языках этих слов нет, но зато есть марийское слово «шурно», обозначающее зерно, которое тоже мало похожа на осетинское слово «хор», имеющее больше параллелей с германским Korn и английским corn. Кстати, семена, из которых это зерно состоит, в финском и близкородственных ему языках – карельском, всеспском и эстонском называется, соответственно, siemen, siemen, semen и seeme
Заимствовали финно-угры и некоторые степени родства. Так, в языках уральской семьи нет специального слова для братьев или сестёр – для младших сестёр и братьев применяется одно слова, а для старших – другое. Тем не менее, в некоторых финно-угорских языках есть и общее слово, например, эрзянское «сазор» или удмуртское «сузер». В марийском же словом «шӱжар» обозначается младшая сестра.

Очень много учёные говорят о заимствовании протофино-уграми древнеиранского слова «маду», означающего мёд. Мёд финно-угры действительно заимствовали, но вряд ли из древнеиранского, поскольку и по-мокшански, и по-эрзянски мёд обозначается словом «медь».

Перешли к финно-уграм и названия кое-каких инструментов. Так, стрекало – острая палка для погона скота, называемая на латыни стимулом, называлась по-марийски воштер, по-мансийски астэр, а в современном венгерском языке понятие «ostor» перешло на кнут. Аналогия с прилагательным «(в)острый» здесь весьма очевидна.
Серп в эстонском и финском языках также звучит почти по-славянски: sirp и sirppi, соответственно. Конечно, осетинский æхсырф тоже похож, но уже не настолько.

Что касается колеса – главнейшего праславянского изобретения – то по-эстонски оно называется ratas. На нашем же древнем языке оно называлось ўрат. В русском языке от этого слова сохранилось понятие таратайка. Корень ўрат– (врат-), содержится в словах «вращать» и врата (ворота). Слово «врать», то есть, извращать истину, тоже происходит от этого корня. Можно, конечно, подумать, что эстонцы заимствовали это слово у соседей-латышей, в языке которых оно до сих пор так и звучит, но тогда следует признать, что эстонцы до самого недавнего времени не знали колеса. Кроме того, по-марийски колесо тоже звучит как орава – корень «ра» с усечением «т» здесь также налицо.

Андроновская таратайка

 

Плуг по-марийски звучит тоже плуг, мотыга называется мотига, а соха произносится как шога. Плуг также называется плугом, мотыга мотыгой, а соха звучит как сока  и по-эрзянски. Правда, и английский plough, и шведсско-норвежский plog, и немецкий Pflug звучат почти одинаково, в отличие от осетинского слова «гутон».

Топор по-марийски  звучит как тавар, а по-фински как tappara. Правда, в финском у него существует и синоним kirves, но tappara это топор – боевой, а kirves – штатский. Поэтому в современном финском слов «tappara» часто заменяют на «sotakirves». Эти орудия вместе с их названиями также были заимствованы у предков славян.

Забавная история произошла с кочергой. Дело в том, что русской кочерге соответствует мокшанская коцькарга. Слово это двукоренное. Коць это жечь, а карга это журавль. Легко было вообразить, что изогнутая кочерга кому-то напомнила журавлиный профиль. Всё бы ничего, если бы не армянское слово «խաչերկաթ» (хачеркат). «Хач» это не хачик, а крест. Еркат же переводится как железяка. Эта крестообразная железяка применяется как подставка для котла в армянском тандыре. Правда, узнав об армянском хачеркате, некоторые лингвисты развили теорию о заимствовании кочерги в русский через турецкое hecirget. Однако здесь нам на помощь, наконец приходит осетинский язык: в осетинском слове «цæхæрхафæн», также составном – цæхæр это огонь, а хафæн это скребок – легко угадывается всё та же кочерга. Просто в каждом языке заимствованное слово переосмысливали  в соответствии  с созвучием уже имеющимся понятиям.

В удмуртском языке кочерга звучит как чупырга, правда слово это относится к разряду устарелый.

Заимствовано было также и седло, которое по-фински звучит как satula, а по-эстонски – как sadul. Правда, седло – слово настолько общее для всех индо-евопейских языков, что даже по-английски оно звучит как saddle. И тут большой соблазн заявить, что финны заимствовали седло, заимствовав шведское sadel, а эстонцы переняли датское sadel. Но если принять именно эту гипотезу, то придётся признать, что до 1300-х годов нашей эры чухонцы не знали сёдел.

Хотоны

Позаимствовали предки финно-угров у наших предков и мифологических существ. Так, домовой на языке коми называется суседко. В марийской же мифологии появился шырт – аналог русского чёрта. В мордовской же лексике появился другой злой дух – ляд, и мордва, чертыхаясь, до сих пор произносит «Лядось саевлизе!». Есть в мордовской мифологии и чёрт, называемый вардо. Параллель с русским врагом-ворогом в корне этого слова также прослеживается.

Есть результаты и обратных заимствований. Так, в русском языке есть устарелое слово «челядь», означающая множеств слуг. Точно такое же слово имеется и в удмуртском языке. Там оно означает дети.

Таким образом, совершенно очевиден тот факт, что люди, контактировавшие с предками финно-угров во второго тысячелетии до нашей эры, были ближе к праславянам, чем к праиранцам.

Просто та часть прапраславян, что стала впоследствии индо-иранцами, во второй половине  второго тысячелетия до нашей эры стала мигрировать на юг в Индию и Иран. Там они смешивались с местным дравидским населением, их антропологический облик менялся, а языки мутировали. Восточная часть андроновцев со временем даже превратилась в киргизов. Однако до сих пор в в сомоне Тариалан Убсунурского аймака Монголии проживает народ хотонов, 82,5% которых носят гаплогруппу R1a1. Внешне они монголоидны, но вся их монголоидность передалась по материнской линии. И наоборот, в округе Читрал пакистанской провинции Хайбер-Пахтунхва проживаед народ калашей, у которых носителей гаплогруппы R1a1 осталось лишь 18,5%, но которых внешне не отличишь от русских. Основная же часть осталась на месте. Та часть андроновцев, которая создала срубную культуру, стала впоследствии предками будущих славян.


Девушка народа калашей

Арийский язык